Патриоты
России
Честность, справедливость, здравый смысл
Общественно-политическая газетаэлектронная версия
<назад Июль 2019 вперёд>
ПнВтСрЧтПтСбВс
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
    
календарь выборов
До выборов в Госдуму осталось
дней
Баллада о Москве
В Москве принято решение начать грандиозную программу по сносу 25 млн. кв. м жилья в «хрущевках». Более 1,5 млн. москвичей будет предложено переселиться в новое жилье. Вот только «куда?» и «будет ли это жилье «равноценным?» - большой вопрос. Многих терзают сомнения.
Борис ВЛАХКО, поэт Читать статью...
наши партнеры

Курорты в осаде
Санаторно-курортный комплекс России: богатые могут лечиться, но не хотят; бедные хотят, но не могут

Цыплят на Руси принято считать по осени. Ростуризм оптимистично доложил: выезд россиян за рубеж сократился ровно на треть. По официальной трактовке, это плюс - в сфере отдыха и оздоровления заработало импортозамещение. Самое время говорить о доступности отдыха и лечения. И не потому, что с первыми заморозками завершился курортный сезон. Нездоровье внесезонно, а значит, откладывать борьбу с ним до лучших времен - заведомо сокращать жизнь.

Понятия «туризм» и «курортно-санаторное лечение» отнюдь не синонимы. Хотя из того же ряда. Туризм - оздоровление здоровых, отдых, новые впечатления. «Курорт» (почти дословно цитирую по справочнику) - восстановление здоровья, утраченных сил путем кратковременного изменения места проживания с целью лечения, отдыха, получения новых впечатлений.

Схожесть формулировок позволяет приравнять курортное дело к туристическому бизнесу, предельно урезать его лечебно-реабилитационное предназначение. Это выгодно со всех сторон. Сразу же улучшается статистика: резко возрастает количество «оздоровленных». Вместе с тем и оценки деятельности государственных социальных служб. Отсюда и парадокс: показатели здравоохранения повышаются при ухудшении здоровья россиян.

Попытки «смешать» турбизнес и курортное дело не новы. В 1990-х правительство уже объединяло их на высшем уровне, создав Комитет по физкультуре и спорту, туризму и санаторно-курортному комплексу. Многолетний эксперимент провалился и пришлось разъединять «трехглавого минотавра». Правда, санаторно-курортный комплекс (СКК) суверенитета не получил. По одним направлениям он попал под управление Минздрава, по другим - Ростуризма. Это формально. Фактически его просто лишили «родителей», оставив на прозябание: захочет - выживет.

Года два назад не оправдавшаяся идея объединить туристический комплекс как более богатый с окончательно обедневшим санаторно-курортным возродилась. Ее отклонил, или мягче сказать, приостановил реализацию Владимир Путин. По его мнению, у каждого из них столько проблем, что разбираться надо по отдельности. Недавно Госсовет обсудил развитие туристической отрасли, наметив маршруты ее разворота назад, в Россию. Разговор на высшем уровне о том, каким быть курортному делу, еще впереди. Пока, судя по обстановке в стране, не до него: обострение кризиса, оскудение казны, внешнее давление. Позиция правительства - урезание расходов, усиление фискальной деятельности. Так что рассчитывать даже на его остаточную любовь СКК не приходится.

Наследство и наследники

Поскольку деньги любят счет, давайте посчитаем. По данным Всемирного банка, туристы вывезли из страны за постсоветское время 450 миллиардов долларов. По экспертным оценкам, еще не менее 150 миллиардов долларов россияне потратили на лечение за рубежом. Усредненный баланс: ежегодно россияне вкладывают 40 миллиардов долларов - свыше 2,5 триллионов рублей - в развитие туризма, здравоохранения, экономики - в чужое благополучие. Это больше, чем выделял и выделяет федеральный бюджет в год на образование, науку, культуру, здравоохранение, спорт с физкультурой. Как метко заметил один из наших сограждан, тенденция, однако. Или, заимствуя лексику политиков и министров, тренд.

Почти 300 лет назад ученый и путешественник Симон Паллас писал: «Жаль, что в России так плохо обращаются с дарами природы. Тут выливаются миллионы литров целебной воды, а русские ездят в Европу». Еще через 150 лет минфин империи сетовал на элиту: ее поездки «на грязи и воды» обходятся в 200 миллионов рублей золотых - большущие деньги. Но наша элита все-таки превзошла по щедрости прежнюю. Получается, возвращаем худшие традиции - убегаем сами от себя в прошлое.

Вдвойне жаль, еще 30 лет назад Россия обладала уникальным санаторно-курортным комплексом. Его по праву оценивали как национальное, культурное достояние, имеющее общецивилизационное значение. Так что прошлое прошлому - рознь. Важно проследить, как начинался, какой путь прошел отечественный СКК за свои 300 лет.

Большинство специалистов считают его рождением указ Петра Первого (апрель 1717 года), обязывающий «на манер Европ и Франций» искать в нашем государстве ключевых вод, которыми можно пользоваться от разных болезней. Ничего не зная об указе, крепостной, приписанный к Кончезерскому плавильному заводу, Иван Рябьев написал начальству о роднике, вода из которого снимает сердечную боль. Уже через полгода императорский лекарь, будущий президент Петербургской академии наук Лаврентий Блюментрост изучил воду. В ней оказалось высокое содержание полезного железа. Потому ее и назвали «марциальная» - по имени бога войны и железа Марса. Через год прямо на болоте были построены деревянный «дворец» для императора, гостиница для приезжих господ, несколько изб для обслуги. Петр Первый четыре раза лечился на своем «курорте». Но после его смерти наследники забыли о первой отечественной здравнице. Она возродилась через без малого 250 лет - в 1964 году был открыт санаторий с петровским названием «Марциальные воды»: они показаны чуть ли не от дюжины различных болезней.

Справедливости ради заметим, что еще с 1644 года известно о благотворности ключевой воды из родника в Троице-Сергиевой лавре. Можно сослаться на еще более давние времена - до Рождества Христова. В Крыму при изучении скифско-греческого поселения у Сакского озера убедились, что его жители пользовались минеральными источниками, грязью для укрепления здоровья. Сохранилась надпись II века до н.э. о том, как полезно купаться в соленой воде и обмазываться грязью из озера. С присоединением Крыма, Кавказа, расширением России арсенал лечебных «даров природы» пополнялся. Получили известность и признание cергиевские, липецкие, кавказские воды. Особенно кавказские минеральные воды.

На небольшом участке Ставрополья природа собрала великое многообразие «холодного кипятка», по оценке Аксакова и Лермонтова, такого богатства нет в других землях. Государство по достоинству оценило его и построило первые здравницы для лечения офицеров, раненных или заболевших при продвижении на Кавказ.

Уже в 1803 году правительство объявило Кавказские минеральные воды (КМВ) лечебной местностью государственного значения, а еще через 33 года приняло закон (по примеру европейских, но белее строгий) о ее охране. Все лучшие курорты были государственной собственностью, находились в ведении и правлении казны. Но с ростом богатств элиты и сближением России с Европой интерес и спрос на них резко уменьшился. Объяснялось это тем (цитирую газетную заметку того времени), что русские воды мало привлекают наших больных, которые предпочитают уезжать за границу, находя там лучшее благоустройство в медицинском отношении и большую дешевизну жизни».

Это «предпочтение» обходилось России в сотни миллионов золотых рублей. Чтобы сберечь их, правительство решило сделать здравницы более привлекательными, для чего передать их в частные руки - в аренду или продать. Далее знаменитые Кавказские минеральные воды дважды меняли своих владельцев. Ничего хорошего из этого не вышло. Новые хозяева, арендаторы стремились выжать все до капельки из приобретенных лечебниц, а не тратить средства на улучшение «медицинского благоустройства» и комфортности. Как писал известный в то время врач Курдюмов, хозяева «проводили коммерцию торгашей: зазвать, сорвать, урвать».

Эффективных владельцев и менеджеров тогда, как и сейчас, не нашлось. Провальный эксперимент затянулся на несколько десятилетий, но в конце концов правительству пришлось возвращать разоренные здравницы государству. Все закономерно. При нищете большей части населения курорты не жизнеспособны. Одни богатые могли, но не хотели пользоваться ими, предпочитали отдыхать и развлекаться в «европах». Другим, бедным, было совсем не до курортов.

Молодое советское правительство подошло к проблемам здоровья принципиально иначе. Из разных медицинских структур сформировали единое здравоохранение, важной составляющей которого должен был стать санаторно-курортный комплекс (СКК). Первый нарком здравоохранения Николай Семашко энергично взялся за масштабную реализацию идей земских врачей об общественном здоровье. Два уточнения. Первое, он известный врач и ученый, был одним из их авторов. И второе, российская стратегия вобрала в себя и развивала рекомендации европейской и прежде всего французской медицинской науки и публичной (социальной) гигиены.

4 апреля 1919 года предсовнаркома Владимир Ленин подписал поистине исторический документ «О лечебных местностях общегосударственного значения». В соответствии с ним СКК переходил в ведомство Наркомздрава. Это постановление было направлено в будущее. В тот момент Россия не имела ни одного действующего курорта. Работали всего три здравницы: Старая Русса, Сергиевские и Липецкие минеральные воды, и те амбулаторно. Отечественный санаторно-курортный комплекс предстояло создавать с нуля и на совершенно новых принципах.

В 1920 году Совнарком принял декрет «Об использовании Крыма для лечения трудящихся» и постановление о создании в регионах НИИ курортологии. Страна находилась в тяжелейшем состоянии после нескольких лет Гражданской войны. И, тем не менее, развитие здравоохранения и СКК не откладывалось на потом.

Через 20 лет после ленинского декрета, в канун Великой Отечественной войны в здравницах было 412 тысяч коек. В 1940 году в них отдохнули и получили лечение около 3 миллионов человек, в послевоенном 1948-м – около 4 миллионов, в 1958-м  – более 5 миллионов. СКК постепенно «завоевывал», расширялся и в ширь, и в глубь, приближаясь к жителям самых отдаленных территорий. Его динамичному развитию способствовала передача большей части санаториев и курортных поликлиник в ведение профсоюзов (к сожалению, позже, в 1990-е, это обернулось для них тяжелейшей драмой. Профсоюзы распродали государственную собственность, частично приватизировали, как свою собственную). 

При всех переменах сохранялась единая государственная политика, обеспечивающая доступность отдыха и лечения. Развитие СКК финансировалось из государственного бюджета и внебюджетных источников – министерствами и ведомствами, профсоюзами. Многие еще помнят 30-процентные путевки в санатории и здравницы (70 процентов доплачивали профсоюзы). Общая характеристика их – невысокий уровень сервиса при высоком уровне медицинской помощи в каждом.

Подведем итог 70-летнему периоду (1920-1990-е годы) отечественного санаторно-курортного комплекса. На зависть Европам, Франциям, всем остальным – тоже, таких огромных и уникальных лечебных «даров природы» не было ни в одной стране мира. Россия имела (и имеет) 4 000 месторождений минеральных вод и 700 месторождений лечебных грязей, на ее территории 450 климатических районов, особо благоприятных для отдыха и восстановления здоровья. «Кладовые здоровья» есть во всех уголках нашей земли – от Калининграда до камчатки и Курил, от Крыма до Полярного круга.

В 1985 году СКК располагал почти 8 000 организаций, 1,3 миллионами коек. В них поправили здоровье почти 32,7 миллиона человек – большинство по льготным путевкам. Сформировалась и действовала обязательная триада: поликлиника – больница – санаторий. Все здравницы работали с полной круглогодичной загрузкой. Спустя 30 лет СКК – это 1660 организаций на 347 тысяч коек. В 2014 году в них получили помощь 5,5 миллиона человек, из них по льготным путевкам – 90,9 тысячи.

По прогнозам Минздрава, в 2020 году санаторное лечение тоже должны получить 5,5 миллиона россиян. Чиновники от медицины откровенно слукавили: выдали свои планы и расчеты за потребности населения. Здравницы стали малодоступными. «Скромная» цена пребывания (по госзаказу) 2,5 тысячи рублей. То есть минимальная14-дневная путевка обойдется в 35 тысяч рублей. Плюс - все дорожающие железнодорожные билеты. Средняя зарплата по стране – около 30 тысяч. Причем доходы 65 процентов россиян существенно ниже ее. Официальная позиция: государство оставляет за собой заботу только о социально незащищенных гражданах, у кого доходы ниже черты бедности, большинстве пенсионеров, инвалидов. То есть десятки миллионов человек, казалось бы, вправе надеяться на льготные путевки?

Теперь от надежд к реальности. В 2005 году выдано 976, 1 тысячи льготных путевок, в 2010 – 212, 7 тысячи, в 2014 – 90,9, с начала этого года – прежняя убывающая динамика. За 10 лет – десятикратное снижение… К тому же, указывают эксперты, страховые фонды заведомо занижают стоимость путевок, что не позволяет улучшать питание и лечение. Такой вот, увы, тренд.

За 25 лет реформ СКК потерял единую систему управления, финансирования, пережил разрушительную приватизацию. Сегодня санаторно-курортные организации имеют Минздрав и еще более 10 министерств и ведомств, регионы, муниципалитеты, сотни коммерческих структур. И самое главное – санаторное лечение не входит в государственные гарантии медицинской помощи, а пребывание в здравнице не является страховым случаем. Повторяется ориентация позднего феодализма и недоразвитого капитализма на богатую, но очень узкую прослойку наших сограждан. Они, безусловно, могут сполна пользоваться благами отечественных здравниц. Но не хотят. Большинство же остальных хотели бы, да не могут – лечение не по карману.

Покушение на здоровье потомков

Результат конфликта интересов и возможностей – полупустые санатории. Судя по документам Минздрава, оборачиваемость койки (есть такой термин) 180-210 дней в году при нормативе 300-310. Безденежье населения оборачивается безденежьем здравниц. Около 40 процентов из них не имеют прибыли, не могут реконструироваться, создавать комфортные условия для отдыха и развлечений. Но сами они в нынешних условиях денег не заработают, а государство в 2002 году прекратило финансирование СКК. Фонд социального страхования так и не начинал выделять средства на его развитие. Инвесторов, которых все ждут, как чуда, отпугивает фискальная система. Специалисты Минздрава считают: если объем капложений не возрастет в разы, то реконструкция и модернизация советского курортного наследства, созданного 50-60 лет назад, затянется на 400 лет. 

Что делать? Ответы на исконный русский вопрос известны. Они изложены и в академических докладах о состоянии здоровья населения, подготавливаемых для правительства, и в исследованиях, программах институтов курортологии, восстановительной, реабилитационной медицины. С 2001 года проводятся всероссийские форумы «Здравница». Их рекомендации за 15 лет – конкретная дорожная карта, она подсказывает, как СКК повторить прорыв, совершенный в прошлом веке. О том, как вернуть россиянам доступность здравниц, прописано и в докладе Минздава, видимо, подготовленном для Госсовета. И, наконец, принято более 50 нормативно-правовых документов (законы, концепции, программы), определяющих грани санаторно-курортного дела, в том числе и высшего уровня. Всем ясно, как однажды заметил академик Терентий Мальцев, мало знать и уметь, надо еще хотеть сделать. С последним – явные сложности. На юбилейной «Здравнице-2015» академик РАН, председатель национальной курортной ассоциации, директор Научно-практического центра реабилитации, восстановительной и спортивной медицины Департамента здравоохранения Москвы Александр Разумов указал на разрыв между словом, знанием и делом: «С сожалением приходится констатировать, что самые наболевшие, первостепенные и неотложные проблемы курортного дела не решаются».

Заключение одного из лидеров СКК – емкая и точная экспертиза. Хуже того, убеждает выступление академика, проблемы разрастаются. Экономические беды усугубляются экологическими, захватом «территорий здоровья», и тут уже на беспредел «лихих 90-х» не сошлешься.

В 1995 году были приняты законы «О природных лечебных ресурсах, лечебно-оздоровительных местностях и курортах» и «Об особо охраняемых природных территориях». Их дополняли указы президента о курортах Кавминвод, постановления правительства об охране лечебно-оздоровительных местностей и курортов федерального значения. Эти правовые документы, по словам Разумова, спасли тогда курортные богатства страны.

Понятно, что нет у нас закона, который бы не нарушался самыми разными способами. Известен и самый легальный способ – поправки в правовые акты. Изменений в основополагающие законы уже внесено больше, чем было в них положений первоначально. Особенно показателен в этом отношении закон №406 ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам обязательного социального страхования», фактически лишивший, по мнению экологов, защиты все лечебно-оздровительные местности и курорты. Они теперь исключены из перечня особо охраняемых территорий.

«Теперь они – не заповедные земли. Ими можно распоряжаться как угодно, прикрываясь лукавыми юридическими формулировками, - говорит главный врач санатория Кисегач, заслуженный врач России, доктор медицинских наук Валерий Сорокун. - Охотничьи хозяйства и заказники остаются особо охраняемыми природными территориями, а вот заказники здоровья населения из-под государственного надзора вывели, чтобы было легче превратить их в имения и поместья. Это происходит во всех регионах страны. Наша область (Челябинская) преуспела больше других. Практически уже разрушены известные в стране курорты Увильды и Кисегач... 

Кисегач - поистине заповедный райский уголок в хвойном горном бору среди восьми озер. Над ним даже солнце светит дольше, чем в Сочи. Еще в 1926 году здесь на перешейке озер появился первый санаторий. С началом войны он превратился в крупный госпиталь для тяжело раненных в голову и в грудь. Коллектив пополнился приехавшими опытными нейрохирургами, кардиологами, неврологами. По имени санатория был назван и весь курорт Кисегач.

Уточним, курорт – это территория, обладающая природными лечебными или целительными свойствами. На ней может быть один или несколько санаториев. На Кисегаче были построены «Утес» «Еловое», «Сосновая горка», более мелкие и сезонные здравницы. В них отдыхали, лечились ежегодно около 200 тысяч человек. Все лечебницы кроме Кисегача как совершенно автономного, имели единую инфраструктуру.

С началом реформ эта территория стала «ничейной» и быстро разрушалась. В 2008 году правительство Челябинской области «понизило» федеральный статус лечебно-оздоровительной местности Кисегач до регионального. Присвоив себе чужую собственность, власти тут же устроили распродажу прекрасной, привлекательно земли. Обосновывались торги дефицитом средств для финансирования социальных нужд. Но, как писали эксперты, участки продавались по цене в 60-70 раз ниже рыночной. Так что областной бюджет от торгов богаче не стал, а здравницы погибли одна за другой от массового фактического расхищения земли. Точно так же был разрушен и курорт Увильды...

И вот теперь о самом удивительном. Коллектив санатория Кисегач, устоявшего, благодаря своей автономности, его главврач, активисты из регионального общественного движения «За социальный гуманизм» пытаются отстоять землю, Богом созданную, для восстановления здоровья уральцев. Они в полном смысле бьют в колокола и во всех инстанциях находят поддержку. Заключения и выводы Генеральной прокуратуры, Минздрава, межрегионального бюро судебных экспертиз имени Сикорского, парламентского центра судебных экспертиз «Комплексная безопасность Отечества» практически совпали. «Постановление правительства Челябинской области незаконно с момента его принятия. Изменение статуса территории привело к отчуждению земель и объектов недвижимости в частную собственность…».

И что же дальше? Спрашиваю у Валерия Ивановича Сорокуна, вернут ли курорту хотя бы метр украденной земли?

- Нет, конечно, наши чиновники в спайке с коммерсантами и ничего не боятся, да и в других регионах продолжается захват заповедных земель и легализация уже захваченных. Знаете, по официальной статистике, лечебно-оздоровительные местности и курорты занимают всего 31 тысячу гектаров, вот и развернулась борьба за них. Это циничное покушение на здоровье нынешних и будущих граждан России.

- Неужели так происходит всюду?

- Почти. Есть и исключения. Алтай, например, где на основе государственно-частного партнерства развиваются все санатории и курорт Белокуриха. Соседние с нами регионы - Татария и Башкирия - сумели модернизировать свои здравницы и сохранить их доступность. Видимо, чиновник чиновнику – рознь.

Такая непримиримая позиция естественно без ответа чиновников не остается. Разумеется, они стали поосмотрительней. Сорокун возглавляет санаторий уже 32 года и фактически превратил его в реабилитационную клиническую базу федерального кардиологического центра и НИИ здоровья при Южно-уральском государственном медицинском университете. Сюда направляют больных, перенесших острый инфаркт миокарда, инсульт, сложные операции на сердце, крупных сосудах. Высокотехнологичная медицина включает в себя и высокотехнологичное восстановление, реабилитацию пациентов. И здесь природные целительные факторы столь же важны, как и современные медицинские технологии.

У здравницы высокие показатели эффективности, доброе имя, авторитет. Поэтому открытый захват земель остановлен. Перешли на экономическое удушение, финансовые поборы. Как говорит главврач, чиновники повалили гурьбой, взяли санаторий в осаду, страдает от него не только коллектив. На средства, которые дополнительно к налогам, вынужден платить санаторий, можно было бы помочь десяткам тяжело больных людей.

К сожалению, В. Сорокун прав. Даже известные, без преувеличения знаменитые курорты (Сочи, Анапа) не защищены от «коммерческой оккупации». В центре экологических скандалов оказались Кавказские минеральные воды. Экологи, общественные защитники КМВ обратились к руководителям страны с просьбой спасти жемчужину, равной которой нет в мире. По мнению членов Совета Федерации, для этого нужно принять специальный закон. И он, судя по информации, уже разрабатывается. Но ведь еще 200 лет назад удивительная эта земля была взята под особый надзор государства. Потом, через 116 лет Совнарком подтвердил ее особое значение и особый статус, затем еще 70 лет спустя, Б.Ельцин и Федеральное Собрание снова гарантировали безопасность земле, рождающей, по слова Михаила Лермонтова, «холодный кипяток»…

Наверное, без очередного закона не обойтись – существующие правовые обручи уже никого не держат. А как быть с распроданными Кисегачем и Увильды? С остальными «кладовыми здоровья»? Как сберечь их?

На одну из моих публикаций о курортном деле в журнале «Российская Федерация сегодня» отозвался Павел Мартиросов, председатель исполкома экологического движения «За возрождение и сохранение Кавминвод». «То, что сотворило за последние 15-20 лет на Кавминводах местное коррумпированное чиновничество, надзорные органы, судейское сообщество и алчные бизнесмены, иначе, чем преступлением против лечебной территории и не назовешь... Только личное вмешательство председателя Совета Федерации Валентины Матвиенко остановило это преступное безумие. Президент Владимир Путин дал поручение по Кисловодску и его лечебному парку. Готовится закон о Кавминводах…». Не будем пока завидовать Кавказским минеральным водам и их защитникам во главе с первыми лицами государства. Даже этот успех – всего лишь надежда. Но у многих других и ее не остается. 

Леонид ЛЕВИЦКИЙ, журналист


6 ноября 2015


Фото дня
Главными символами России для ее граждан являются единство народа, его многонациональность, сплоченность, а также официальные герб (16%), гимн (16%) и флаг (16%) страны, сообщает ВЦИОМ.
Судьба Отечества напрямую зависит от нашего желания быть русскими!
Юрий Поляков, писатель, автор культовых романов и повестей «ЧП районного масштаба», «Сто дней до приказа», «Козленок в молоке». После честной публикации о «Ельцин-центре» его сняли с должности главного редактора «Литературной газеты».
Читать статью...
Нам важно знать
ваше мнение
No polls available at this time.